вторник, 27 ноября 2012 г.

Какой путь выбирает Эстония? "Закон" и – или - "порядок"?





Много лет мы наблюдаем, как строится наше общество и государство и в каком направлении они движутся. Убежден, что у каждого человека, живущего в Эстонии, возникал вопрос: а правильный ли этот вектор направления и к чему он приведет?










Модель этнического государства, сохранение национальной культуры и языка в Эстонии и яростный патриотизм, граничащий с радикальным национализмом – это ли верный путь к демократии и европейским ценностям, это ли проявление культуры, ведь национализм и неуважение к другим национальностям и их национальным интересам – это первый признак безкультурия общества, его дикость, недоразвитость и слабость. Существует множество изречений и афоризмов известных людей, характеризующих патриотизм как утопическую тупиковую модель поведения общества. Сэмюэл Джонсон в этом случае говорил: «патриотизм – последнее прибежище негодяев». Лев Николаевич Толстой же дал такое определение патриотизму: «Патриотизм в самом простом, ясном и несомненном значении своем есть не что иное для правителей, как орудие для достижения властолюбивых и корыстных целей, а для управляемых — отречение от человеческого достоинства, разума, совести и рабское подчинение себя тем, кто во власти. Так он и проповедуется везде, где проповедуется патриотизм. Патриотизм есть рабство». Джордж Бернард Шоу сказал: «Патриотизм: убеждение, что твоя страна лучше других потому, что именно ты в ней родился». Оскар Уайльд: «Патриотизм — это религия бешеных». По моему мнению, патриотизм есть что иное, как тормоз развития общества и цивилизации в целом. Огромное потребление ресурсов на планете в последнее время показало, что глобализация во всем мире неизбежна и скоро человечество придет к модели «планетарной цивилизации», где будут отсутствовать границы, государства и все ресурсы планеты будут поделены поровну между всем населением – другие же модели приведут рано или поздно к краху всей человеческой цивилизации на земле.

Главное - чтобы предложенная модель глобализации была справедлива и равноправна, а не была диктатом какой либо страны, за маской которой скрывается колониальная империя, целью которой диктат и собственное обогащение за счет других народов и государств. Предложенная западная модель глобализации таким критериям не соответствует. Скорее всего в ближайшее время будет предложено что-то новое и необязательно автором новой модели глобализации будет Запад. Глобализация сделает нас равными, но никогда не стоит забывать свои корни и культурную принадлежность. Глобализация - это больше политически-экономический  проект, нежели культурный! 

На мой взгляд, Эстонии пора бы определится: в Европе мы живем или нет? Чужды ли нам европейские ценности и нормы европейского права? Или только прикрываемся ими и скрываем истинное лживое лицо?







Как мы можем считаться европейской страной, если у нас еще существует огромная пропасть между бедными и богатыми, пропасть граждан, которых можно смело назвать «средним классом», не говоря о «зажиточном среднем классе», безработица, низкая зарплата, недостаточно социальных гарантий в государстве, существуют проблемы с получением гражданства и образования на родном языке для других национальностей живущих в Эстонии, зависимость и политизированность СМИ, контроль оппозиционных политических сил со стороны силовых структур, коллапс и недоразвитость политической системы, политиканство и отсутствие хороших традиций демократии, переполненные тюрьмы и большое количество обращений в Европейский Суд по Правам Человека, который выносит оправдательные приговоры и находит ошибки в эстонском судопроизводстве, проблемы эффективности судебной системы Эстонии, ее субъективность, пристрастность, зависимость и пренебрежение принципом «разделение власти», принципом «правового и демократического государства», принципом «презумпции невиновности». 









Судебная правовая практика показывает, что, когда надо или кому-то надо, то суд может быть безупречно объективным, или же излишне субъективным и зависимым, вынести решение, опираясь не на факты и доказательства, а скорее на домыслы и личные убеждения и предпочтения, показывая себя излишне избирательным в вопросе рассмотрения и приобщения к делу доказательств, что не может не сказаться на доказательной или оправдательной базе, позволяет любое дело повернуть в нужном кому-либо направлении, в основном в направлении наказания, дабы – это проще и дешевле для государства, не приходится тратить время и силы в поисках истины и находить обстоятельства и нужную и объективную трактовку закона оправдывающую гражданина.







В странах Старой Европы, в «правовых государствах»- «право прецедентное», где решения выносятся, опираясь в основном на объективные, законные факты, доказанные в судебном разбирательстве. У нас же любой «хлам», собранный в досудебном следствии, каким бы косвенным он не был – может быть опорой для суда в вынесении решения, а истинные доказательства, алиби может подвергаться сомнению, не приобщаться к делу или частично приобщаться, потеряв при этом всю доказательную силу, или попросту игнорироваться. 

Все эти проблемы в основном вытекают из того, что работающие судьи не совсем компетентны в силу своих «советско-тоталитарных» привычек, приобретенных в годы Советского Союза, когда многие судьи получали образование и проходили правовую практику. Страшно не только то, что эти советские традиции существуют по сей день в эстонской правовой практике, а еще то, что они передаются этими судьями, как практический опыт молодым юристам, проходящих у них же практику. Эти привычки субъективности, пристрастности, зависимости и привычка «судить по понятиям» стали также очень полезны нынешней власти, дали возможность быстро и эффективно осуждать «неудобных людей». А принятие Эстонией «согласительного судопроизводства», где подсудимый совершал сделку с прокурором и суд эту сделку узаконивал своим решением, где подсудимый сразу соглашался со всем обвинением и признается во «всех смертных грехах», возможно, которых и не совершал или имеет к этому косвенное или частичное отношение. Полное судебное разбирательство же – не приветствуется и желание отстоять свои права, подвергнуть сомнению доказанность обвинения – является раздражающим фактором и суд, как и в советское время, становится на сторону обвинительной стороны, не очень желая быть независимым и беспристрастным. И должно случится чудо, чтобы получить оправдательный приговор, только в эстонском суде приходится доказывать свою невиновность и так безупречно и профессионально, чтоб не возникло никаких вопросов – в других же развитых «правовых государствах» дело обстоит иначе – сторона обвинения должна доказывать виновность и предоставить все необходимые объективные неопровержимые доказательства и при отсутствии оных – человек освобождается от уголовной ответственности.

Еще одной нелицеприятной характеристикой эстонской правовой системы является то, что практически она мало соответствует « принципу разделения власти», при котором разные властные структуры не должны соприкасаться вне отведенных мест, к примеру, судья и прокурор должны встречаться и общаться только на судебном разбирательстве и не иначе – не водить дружбу и не иметь личных отношений, быть независимыми и беспристрастными. 

Если взять в пример здание Тартуского Суда, в котором размещены прокуратура, областной и окружной суд, криминальный надзор – как это соответствует «принципу разделения власти», если все работающие чиновники этих ведомств общаются за обеденным столом в одном кафе в этом здании, решают и договариваются заранее до и вне судебного разбирательства, а на судебном заседании уже играют спектакль – это уже похоже на «правовую клановость». 

Также имеет место семейственность и соприкосновение личной жизни в правовой системе Эстонии: судьи могут быть замужем за полицейского и вести при этом уголовное судопроизводство и дела, связанные с проступками полицейских, а также у судей в прокуратуре или другом властном органе могут работать близкие родственники. 

Все эти особенности эстонской правовой системы подорвали веру в нее и граждане стали меньше отстаивать свои права в суде, так как это стало невозможным и бесполезным занятием, проще стало сразу признавать свою вину «во всех смертных грехах» и получить меньше срок, даже если и не совершал преступления или отсутствует состав преступления и нет умысла, мотив и обстоятельства дела не соответствуют данной статье – такая практика в конечном этоге привела к переполнению тюрьм и плохой статистике наказаний.

Огромные средства бюджета идут на содержание тюрьм и выбранного направления наказательной политики. Содержание одного преступника в тюрьме часто превышает месячный заработок простого гражданина страны, самое главное – не перевоспитывает, особенно, если гражданин несет наказание в первый раз, а наоборот развивает еще больше преступные навыки, проходя « тюремную школу» у закоренелых рецидивов. Выход один – больше применять в судебной практики наказаний, связанных не с лишением свободы для первый раз оступившихся или при небольшой тяжести преступления пускай даже, если человек не раз осужденный, а наказание принудительных общественных работ, к примеру уборка снега, любые муниципальные работы – это бы позволило разгрузить тюрьмы, избавить осужденных от комплекса «нежелания работать», уменьшить затраты на содержание осужденных в тюрьме, а также затраты на работу муниципальных служб, или же улучшить качество их результативной работы - такую же практику можно применять и для тех осужденных, кто желает получить раньше условно-досрочное освобождение.
Государство перестало смотреть на вещи здраво – бороться с причиной, а не со следствием, опираясь только на превентивные методы, которые полностью не решают проблемы, не оздоравливают общество и не способны искоренить правонарушения, дабы источник их лежит в бедности населения, невозможности получить хорошее образование и достойную работу, строить карьеру и культурно развиваться – все это провоцирует стресс у общества и ведет к всеобщему отуплению, желанию уйти от реальности, к алкоголизму и наркомании, образуя замкнутый круг проблем, из которых нет выхода. 

С одной стороны государству и некоторым заинтересованным политическим силам выгоден этот «всеобщий стресс», так как на всех «пирога не хватит» и такими гражданами легче манипулировать, заставить работать за копейки на не престижных работах, сделать так сказать рабов и с помощью промывающей мозг политической пропаганды и игре на национальных чувствах получить нужное количество голосов.

Странным обстоятельством является то, что при такой сильной правоохранительной системе, хорошей сетью осведомителей, «правовой клановости» до сих пор не искорены наркомания и наркопреступления и как показывает судебно-правовая практика – их число постоянно растет. Как такое возможно? Опять же если обратить свой взор на решения суда по этим преступлениям, то бросается в глаза, что они не совсем объективны и справедливы, даже немного странны. Кого-то наказывают на «всю катушку», кого-то выводят из числа подозреваемых, при доказанном их участии в преступлении и странную дружбу с полицией, предоставляя им роль потерпевшего или свидетеля, избавляя тем самым от уголовной ответственности «за красивые глаза». Или же предоставляют этим лицам – не раз осужденных по другим уголовным делам и проступкам – рецидивам – возможность получить условное наказание. В этом случае, я считаю, суд – неадекватен и выносит решение с учетом чьих-то интересов. Возникает вопрос: каких и чьих? Кому это выгодно и почему? Почему так происходит? И куда и на что идут доходы от преступной деятельности, не на поддержание ли работы этого преступного механизма, на финансирование чьих-то интересов во власти? Если подойти к этим вопросам логически и немного представить всю картину этих «странностей», то возникает основание считать, что, возможно, и наркобизнес в Эстонии входит в сферу интересов каких-то властных структур или определенных полицейских коррумпированных кланов, которые контролируют этот процесс, находясь «чистыми» в стороне, дергают «за ниточки» - кого посадить, кого нет, кому заниматься, кому нет, кого перевербовать, предоставить защиту (крышу), избавить от уголовной ответственности и дать возможность продолжить начатое, а кто не желает играть по их правилам и кто играет только по своим – тому сидеть и долго. Где эта грань между чистосердечным сотрудничеством в наркопреступлениях и прикрытием под этим девизом самого наркобизнеса, который переходит из рук преступников под контроль коррумпированных силовых структур или людей, имеющих связи в силовых структурах? Кто эту грань контролирует или как всегда все на самотек? «Свято место пусто – не бывает», неужели в такой маленькой стране, где легко все контролировать, «дергать за ниточки», особенно, если вся полнота власти сосредоточена в твоих руках и никто из власти этой возможностью - огромным финансовым ресурсом не заинтересуется – слабо в это верится! Но хочется надеяться и верить в обратное. Хорошо если эти подозрения будут напрасными, хочется верить, что у нашей страны есть будущее…

Все приведенные доводы в статье - есть что иное как чувство гражданской ответственности – очень нелицеприятные, странные и подозрительные аргументы, требующие серьезного, независимого и беспристрастного внимания и изучения, как со стороны всего общества, так и всех политических сил, служб и лиц ответственных за это. Иначе ничего хорошего в нашей стране не будет и наше общество «сожрет само себя» - запустится механизм самоуничтожения. И путь наш – в никуда.